Свежий анализ исполнения федерального бюджета за первое полугодие 2026 года показывает, что финансовый год движется по знакомому сценарию. За шесть месяцев правительство потратило 24,4 трлн рублей — это уже 55% от всего годового плана в 44,1 трлн. Чтобы уложиться в лимиты, во втором полугодии траты должны упасть на 10% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Учитывая масштаб летних вызовов, такой сценарий выглядит крайне маловероятным.
Где окажется реальный дефицит?
По оценкам аналитиков SberCIB Investment Research, итоговое превышение расходов над запланированным уровнем составит не менее 2 трлн рублей. В результате общие расходы достигнут отметки в 46,1 трлн (около 20% ВВП).
Эта тенденция стала хронической: начиная с 2022 года фактические траты систематически оказываются выше заложенных в закон о бюджете. Даже относительно спокойный 2025 год потребовал внепланового увеличения расходов на 1,4 трлн рублей. На этом фоне прогноз общего дефицита бюджета на текущий год составляет 3,3% ВВП (7,6 трлн руб.). К 2028 году он должен постепенно снизиться до 2,1% ВВП (5,4 трлн руб.), но лишь при условии отсутствия новых внешних шоков.
Почему доходы проседают?
Первичный структурный баланс уходит в минус из-за комбинации трех факторов:
- Укрепление рубля: сильный рубль снижает рублевый эквивалент нефтегазовых доходов и НДС на импорт.
- Снижение базовой цены нефти: прогноз для расчета базовых доходов пересмотрен вниз — до $50 за баррель в 2027–2028 годах против прежних $57–58.
- Рост обязательств: масштаб проблем требует постоянного увеличения бюджетных трат.
В итоге вместо изначально планируемого нулевого первичного структурного баланса страна получает дефицит около 2% ВВП в ближайшие два года. Для покрытия дыры Минфину придется активно занимать: чистые заимствования составят порядка 6,5 трлн рублей ежегодно в 2026–2027 годах. Основным подспорьем станут накопленные остатки прошлых лет (около 1,5 трлн руб. будет использовано в 2026-м) и дополнительные нефтегазовые поступления в ФНБ, которые позволят возобновить инвестиции ближе к 2028 году.
Высокая ставка надолго
Разгоняющиеся бюджетные расходы неизбежно давят на инфляцию. Летом она дополнительно ускорилась из-за топливного кризиса, а по итогам года ожидается на уровне 6,5%. Это вынуждает Банк России держать денежно-кредитную политику жесткой.
Прогноз ключевой ставки был пересмотрен вверх:
- Конец 2026 года — 13,5%.
- Конец 2027 года — 12% (ранее ожидалось 11%).
- Конец 2028 года — 11% (ранее 10%).
Такая политика должна вернуть аннуализированную инфляцию к цели в 4% уже к концу 2026 года, однако платой за стабильность цен станет замедление экономики.
Экономика без трудовых резервов
Главная проблема ближайших лет кроется не столько в цифрах бюджета, сколько на рынке труда. Россия находится в состоянии полной занятости. Когда государство увеличивает свои заказы и расходы, оно перетягивает кадры из частного сектора. Чтобы бизнес не начал бесконтрольно повышать зарплаты, разгоняя инфляцию еще сильнее, ЦБ вынужден охлаждать частный спрос высокой ставкой.
Это создает замкнутый круг: госсектор растет, подавляя частные инвестиции. Итоговый пересмотр макропрогноза выглядит следующим образом:
- Рост ВВП в 2026 году — скромные 0,5%.
- Еще более слабый рост в 2027 году — также 0,5% (прогноз ухудшен с 1,5%).
- Небольшое оживление в 2028 году — до 1,5% (вместо ожидавшихся ранее 2%), когда появится возможность направить в экономику средства ФНБ.
Этот цикл наглядно демонстрирует механизм влияния геополитической эскалации на внутреннюю экономику: отсутствие свободных рабочих рук заставляет выбирать между поддержкой госрасходов и здоровьем частного бизнеса, где инструментом балансировки выступает жесткая ключевая ставка.